Моральный вред, экспертиза морального вреда

ЭКСПЕРТОЛОГИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ КОМПОНЕНТОВ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА

моральный вред - экспертиза морального вреда      При осуществлении судопроизводства наиболее остро стоит проблема субъективности принятия судебного решения о размере компенсации морального вреда, оценки влияния личностного фактора на глубину и интенсивность субъективных переживаний потерпевшего, психотравмирующих обстоятельств. Что такое моральный вред?

     Цель проводимых исследований — анализ теоретических  и прикладных разработок феномена морального вреда, выстраивание общих правил проведения судебно-психологических экспертиз по делам о моральном вреде, психологического инструментария определения размера морального вреда.

      Была исследована часть архива гражданских дел Калужского городского суда о моральном вреде и обнаружено, что более 50% дел прекращают за отсутствием доказательств. Проведен анализ репрезентаций (представлений) судей и адвокатов дел о моральном вреде, результатом которого является вывод о том, что основным инструментом в доказательстве факта причинения морального вреда может стать судебно-психологическая экспертиза. Алгоритм проведения судебно-психологической экспертизы по делам о моральном вреде апробирован в ходе лабораторного эксперимента.

            Законодатель, определяя моральный вред как физические и нравственные страдания, подразумевает учет не только данных медицинскихэкспертиза морального вреда - где проводят учреждений (физические страдания), но и индивидуальные особенности, обстоятельства, заслуживающие внимания, содержание нравственных страданий, требующих применения психологических знаний для их правильного уяснения. Использование современных достижений психологии способно обеспечить объективность и адекватность содержания психологических явлений, возникающих при переживании морального вреда. Разработкой этих проблем занимается судебно-психологическая экспертиза (СПЭ). 

          Теория СПЭ по делам о моральном вреде находится в зачаточном состоянии.

         На конференции в Санкт-Петербургском государственном университете в 1996 г. эксперты-психологи разработали основные принципы СПЭ по делам о возмещении морального вреда. Психологи ЮРЦСЭ (г. Ростов-на-Дону) первыми в экспертной практике апробировали подход А. М. Эрделевского, ими были выделены психологические параметры показателей индивидуальных особенностей потерпевших и заслуживающих внимания обстоятельств [1, с. 115-119]. В литературе психологические аспекты морального вреда освещались крайне скудно: В. Ф. Енгалычев и С. С. Шипшин [2, с. 130-131] , В. В. Нагаев [3, с. 239-253]. В качестве методологической основы психологического исследования компонентов морального вреда, интегрирующей частные теоретические построения, была принята теория деятельности, разработанная А .Н. Леонтьевым и, в дальнейшем, А. Г. Асмоловым, Ф. Е. Василюком и др.

  Юридические аспекты морального вреда, определившие правовую сторону исследования, освещены в работах А. М. Эрделевского [4, 5], С. В. Нарижнего, К. И. Голубева [6, 7] и др.

  В их трудах не анализируется роль психолога-эксперта при установлении факта морального вреда и обосновании размера его компенсации. В юридической литературе преимущества психологической экспертизы как средства доказывания по сравнению с другими (свидетельские показания, медицинские справки) не освещаются, хотя таковые имеются и объективно неоспоримы.

  СПЭ по делам о моральном вреде в настоящее время — довольно редкое явление.

  Об этом свидетельствуют данные опроса экспертов-психологов России: в Брянске, Саранске, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде назначалось всего по одной экспертизе (на момент опроса); в Тамбове, Краснодаре, Курске, Калининграде такого рода экспертизы вообще отсутствуют. Большая часть экспертиз проводится экспертами в Ростове-на-Дону и Волгограде, поскольку они являются основоположниками указанного вида СПЭ. В Калужской ЛСЭ проведено 4СПЭ по делам о моральном вреде. Сложившаяся ситуация объясняется частично плохой информированностью судей о возможностях СПЭ, частично тем, что теоретические основы СПЭ по делам о моральном вреде не разработаны.

   Возможно, такая ситуация обусловлена и отношением судей к СПЭ как доказательству факта причинения морального вреда. Поэтому особое место в исследовании заняло изучение репрезентаций дел о моральном вреде в сознании практикующих судей, адвокатов и обобщение практики судебных решений с целью изучения потенциального спроса со стороны судебно-следственных органов на производство судебно- психологических экспертиз, информирование их о возможностях СПЭ.

Результаты анализа гражданских дел о моральном вреде

  Анализ 1700 гражданских дел Калужского городского суда [8, с. 122-126] выявил очевидную недостаточность предоставляемых суду доказательств переживания истцами нравственных страданий.

  В таблице 1 приведены результаты обобщения практики принятия судебных решений, указывающие на соотношение удовлетворенных исков по моральному вреду, отказов от исков и неудовлетворенных судом исков по различным причинам.

 

Таблица 1. Обобщение практики принятия судебных решений Калужского городского суда

моральный вред - судебные решения

Рис. 1. Процентное соотношение представлений судей и адвокатов о необходимости судебно-психологической экспертизы по делам о моральном вреде

моральный вред

 

   По оси Х указаны суждения, подтвержденные судьями и адвокатами:

1 — истцы редко имеют неопровержимые доказательства причинения нравственных страданий;

2 — для доказательства наличия морального вреда достаточно справки или другого документа из лечебного заведения;

3 — в гражданском процессе могут использоваться научно обоснованные рекомендации экспертов-психологов о размере компенсации морального вреда;

4 — считаю, что научные исследования о моральном вреде необходимы;

5 — судебно-психологическая экспертиза должна стать общепринятой при рассмотрении дел о моральном вреде;

6 — интуитивное понимание судьями истинного положения дел между истцом и ответчиком существенно влияет на принятие ими решения о размере компенсации морального вреда;

7 — вопрос о размере компенсации морального вреда является наиболее сложным при рассмотрении дел о моральном вреде.

Моральный вред — опрос судей и адвокатов

  Опрос судей и адвокатов с помощью процедуры дифференциала показал, что в их понимании требования истцов о размере компенсации морального вреда, как правило, неадекватны; ожидания истцов, по мнению судей, в большинстве своем не оправдываются, истцы не могут представить достаточных доказательств. Данные выводы статистически достоверны по критерию Пирсона (х2эмп.> Х2крит.; Х2эмп.= 75,743; х2крит.= 53,486 при уровне значимости р<0,01).

   Анкетный опрос показывает, что среди судей существует устоявшаяся традиция о размере морального вреда, что значительно упрощает их работу. Как адвокаты (93,7%), так и судьи (78,9%) считают, что на принятие судебного решения о размере компенсации морального вреда существенно влияет интуитивное понимание судьями истинного положения дел между истцом и ответчиком без обоснованной оценки критериев, заложенных законом (ст. 151, 1101 ГК РФ). Этот факт подчеркивает возможность большей вероятности судебных ошибок по причине субъективности решения.

  88,5% опрошенных воспринимают дела о моральном вреде как самые сложные в гражданском процессе. Для сопоставления эмпирического распределения признака «сложность дел по моральному вреду» с нормальным применялся критерий Пирсона (х2эмп.> Х2крит.; Х2эмп.= 54,25; х2крит.= 53,486 при уровне значимости р<0,01), значит, расхождения между распределениями статистически достоверны, то есть результаты по фактору сложности являются закономерными, а не случайными. Высокие значения по процедуре дифференциала свидетельствуют об испытываемых затруднениях при работе с делами о моральном вреде, особенно много трудностей вызывает определение размера компенсации морального вреда.

Судебная практика и мнения участников процесса

  Таким образом, судебная практика и постоянные участники судебного процесса (судьи и адвокаты) считают актуальной проблему недостаточности доказательств морального вреда и оснований для принятия решения о размере его компенсации. Тем не менее статистический анализ судебной практики в Калуге и экспертной практики по России показывает, что судьи назначают СПЭ крайне редко.

    Основным доказательством переживания морального вреда для принятия судебных решений по большинству дел являются справки из больницы или заключения судебно-медицинского эксперта о заболеваниях или телесных повреждениях, связанных с действиями причинителя вреда. В Калуге, например, требования истцов по защите чести и достоинства, по возмещению материального ущерба удовлетворяются судом лишь в 7-8% случаев, в то время как иски по моральному вреду за причинение ущерба здоровью удовлетворяются в 64% случаев. О том, что моральный вред это еще и нравственные страдания, судьи упоминают только тогда, когда иск касается смерти близкого родственника истца.

    СПЭ судьями не назначаются, несмотря на опрос их мнений, где такая необходимость подчеркивается.

  Судьи и адвокаты склонны считать, что юридических знаний при рассмотрении дел о моральном вреде недостаточно. По данным исследования, среди практикующих судей и адвокатов существует устойчивая тенденция воспринимать дела о моральном вреде как требующие привлечения специалистов в области психологии, т. к. природа нравственных страданий психологическая. Понимание этого при рассмотрении именно дел о моральном вреде нашло отражение и в ответах на представленную экспертами анкету (см. рис. 1).

  Стандартизированный опрос практикующих судей и адвокатов г. Калуги и г. Сухиничей подтвердил результаты обобщения практики принятия судебных решений, что позволило выделить ряд реально существующих проблем по делам о моральном вреде.

    Среди них наиболее существенные:

   1. Проблема субъективности принятия судебного решения о факте морального вреда и размере его компенсации.
  2. Проблема отсутствия оценки влияния личностного фактора на глубину и интенсивность субъективных переживаний потерпевшего и психотравмирующих обстоятельств.
  3. Проблема отсутствия у судебно-следственных органов адекватного инструментария для определения особенностей нравственных страданий.
  4. Проблема игнорирования психологических знаний из-за неосведомленности судей о возможностях СПЭ по делам о моральном вреде.

  То есть сложилась ситуация, когда основным инструментом в доказательстве морального вреда и обосновании размера его компенсации может стать психологическая экспертиза.

  В теоретических и прикладных разработках по психологии феномена морального вреда отсутствуют психологические критерии и основания принятия экспертных решений, алгоритмы получения психологической информации о переживании нравственных страданий, нет общей методологии ее концептуального анализа, не сформирован категориальный аппарат, не операционализированы основные понятия, мало разработаны методические приемы, технологии, позволяющие объективизировать экспертный процесс.

Психологические аспекты морального вреда

  В качестве теоретического основания СПЭ по делам о моральном вреде нами принята концепция деятельности А. Н. Леонтьева, получившая развитие в трудах его последователей. При установления факта переживания нравственных страданий центральное место в экспертизе должно занимать изучение изменений психического состояния как характеристики деятельности вследствие причинения морального вреда.

   Изменение эмоционального состояния непосредственно в процессе деятельности проявляется в смене субъективного отношения к отражаемой ситуации или смене мотивов по отношению к возникшей проблеме. Психическое состояние, выполняющее регулятивную функцию деятельности, различается на трех уровнях: организмическом, индивидном и личностном. Ценностные ориентации, доминирующие мотивы и потребности, самооценка, особенности самосознания, установки оказывают влияние на специфику и динамику состояния. Психическое состояние и личность взаимно влияют друг на друга.

    Моральный вред, причиненные нравственные страдания вследствие психотравмирующего воздействия — это результат негативного влияния внешних факторов на психологическое благополучие потерпевшего.

    Психическое благополучие мы определяем как состояние психических структур и процессов, при котором поведение и психическая деятельность человека адекватны требованиям реальности. Если причинение вреда послужило причиной психического неблагополучия на индивидном уровне, то данное психотравмирующее воздействие оценивается как менее значительное, чем если бы потерпевшему пришлось задействовать психические ресурсы для регуляции деятельности на личностном уровне. Ф. Е. Василюк [9, с. 31-49] выделял четыре возрастающих по силе и длительности психических феномена, возникающие при переживании критической ситуации: стресс, фрустрация, конфликт, кризис. Данную классификацию логично использовать в целях судебно-психологи- ческой экспертизы: определив вид нравственных страданий по предложенной классификации, разрешается задача диагностики глубины и интенсивности переживаний, а также представляются перспективы для построения модели определения размера компенсации морального вреда с использованием полученных данных.

  Судебно-психологическая экспертиза морального вреда (СПЭ) должна состоять из исследования адаптационных ресурсов и актуального психического состояния в связи с психотравмирующим воздействием.

  Провокацией и усугублением тяжести переживания травмирующего события (событий) могут выступать индивидуально-психологические особенности потерпевшего (стрессоустойчивость, социальная адаптивность, эмоциональная уравновешенность, уровень субъективного контроля, реакция на фрустрирующую ситуацию, наличие акцентуаций и т.д.). Детерминантами переживания того или иного негативного эмоционального состояния являются глубинные смыслы и ценности потерпевшего, которые были задеты в юридически значимой ситуации, личностная значимость для потерпевшего последствий вреда. Исследование актуального психического состояния и ретроспективный анализ его динамики определяют конкретный вид переживания (стресс, фрустрация, конфликт, кризис).

Результаты обобщения экспертного опыта

   Авторами было проведено обобщение экспертного опыта производства психологических экспертиз по делам о моральном вреде в различных экспертных учреждениях Ростова-на-Дону, Волгограда, Санкт-Петербурга, Нижнего Новгорода, Тамбова, Владивостока, Саранска, Курска, Брянска, Краснодара, Калининграда, Калуги (всего по России 14 лабораторий судебной экспертизы Министерства юстиции).

    Учитывая положение общей теории судебной экспертизы о том, что вопросы, назначаемые экспертам, определяют предмет данного вида экспертиз, представляется важным осветить основные их категории, выделяемые в рамках данного вида экспертизы в России:

• индивидуально-психологические особенности потерпевшего, например: «Имеются ли у потерпевшего индивидуально-психологические особенности, которые могли бы оказать существенное влияние на интенсивность и глубину субъективных переживаний наступившего морального вреда? Если имеются, то какие?»
• эмоциональное состояние, например: «Каково эмоциональное состояние потерпевшего в ситуации, составляющей содержание данного дела?»
• способность правильно понимать значение нанесенной потерпевшему травмы, например: «Учитывая психологические особенности потерпевшего и его психическое состояние, мог ли он правильно понимать значение нанесенной ему физической травмы?»
• психологический компонент вины потерпевшего в причинении ему морального вреда (способность понимать значение своих действий и руководить ими), например: «Был ли потерпевший способен понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимой ситуации?»
• неблагоприятные изменения в психической деятельности потерпевшего, например: «В какой мере отразился моральный вред, причиненный потерпевшему травмой и неправомерными действиями причинителя вреда на основных показателях его психического состояния и деятельности?»
• причинно-следственная связь между неблагоприятными изменениями в состоянии и психической деятельности потерпевшего и действиями причините- ля морального вреда, например: «Состоят ли в причинной связи неблагоприятные психологические изменения у потерпевшего с фактом нанесения ему морального вреда?»
• влияние действий причинителя вреда на систему ценностей и смыслов потерпевшего, например: «Затронута ли иерархия основных жизненных ценностей потерпевшего, не нанесен ли ей ущерб?»
• общие вопросы о наличии факта переживания морального вреда, например: «Имел ли место факт причинения морального вреда потерпевшему в результате ДТП» ?
• вопросы по формуле А. М. Эрделевского, например: «Каков коэффициент индивидуальных психологических особенностей потерпевшего при определении морального вреда по факту причинения ему травмы и неправомерных действий причинителя вреда? Каковы критерии его оценки?»

   Установление факта причинения морального вреда и влияния индивидуально- психологических особенностей потерпевшего, усугубляющих его нравственные страдания, определяет дальнейший ход экспертизы и постановку дополнительных вопросов, в частности вопросов, касающихся оценки неблагоприятных изменений в психической деятельности потерпевшего, влияния на систему личностных смыслов и ценностей. Таким образом, осуществляется выход на прогнозирование отдаленных последствий нанесенной ему психотравмы. Кроме того, экспертная практика показывает заинтересованность судей в привлечении экспертов для решения дополнительных вопросов о психологических компонентах вины потерпевшего, действия которого могли спровоцировать причинителя вреда (способность понимать значение своих действий и руководить ими), и о возможностях судебно-психологической экспертизы в установлении фактических данных для определения размера компенсации морального вреда.

Диагностический инструментарий для использования в судебной психологической экспертизе морального вреда

  Диагностический инструментарий ориентирован на назначаемые судом вопросы. Список методик и тестов, наиболее часто применяемых экспертами, включает: тест Айзенка (EPI), опросник Стреляу для определения свойств нервной системы; опросники MINI-MULT, шкалу реактивной и личностной тревожности Спилбергера- Ханина, шкалу самооценки Дембо-Рубинштейн, опросники Леонгарда-Шмишека, индивидуально-типологический опросник Собчик (ИТО), фрустрационный тест Розенцвейга, методику диагностики межличностных отношений Лири (ДМО), методику «Уровень субъективного контроля» для диагностики индивидуально- личностных особенностей; шкалу состояний Н. Курганского, СУПОС-8, Люшер-тест, метод опосредованной ретроспективной диагностики психического состояния для исследования динамики эмоционального состояния, клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний (Яхина и Менделевича).

Особенности оценки морального вреда

  Анализ психологических экспертиз обнаруживает недостаточно проработанные аспекты проблемы оценки морального вреда:

  1. Указанные диагностические процедуры соответствуют решаемым в экспертизе вопросам, однако неясно, какие формализованные методы используются для установления причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и нарушениями в психической деятельности потерпевшего (факт причинения морального вреда), личностной значимости ситуации причинения вреда для потерпевшего (системы ценностей и смыслов).

  2. Вывод о психотравмирующем воздействии причинителя вреда чаще всего делается на основании признания такого воздействия «объективно-значимым», не обосновывая субъективную значимость события для конкретного потерпевшего.

  3. Диагностируемые неблагоприятные изменения в психической деятельности и состоянии потерпевшего констатируются без анализа их причин (гипотетически не исключено влияние неблагоприятных факторов, не имеющих связи с причинением морального вреда).

  На психологической конференции в 1996 г. впервые обсуждались вопросы судебно-психологической экспертизы в рамках методики Эрделевского.

  Полагая, что требования разумности и справедливости обращены ко всей судебной системе в целом, А. М. Эрделевский приходит к необходимости аналитического описания размера компенсации морального вреда в виде формулы:
D = d х fv х i х c x ( 1 — f ),

где D — размер компенсации действительного морального вреда; d — размер компенсации презюмируемого морального вреда; fv — степень вины причинителя вреда (0 < fv < 1); i — коэффициент индивидуальных особенностей потерпевшего (0 < i < 2); c — коэффициент учета заслуживающих внимания обстоятельств причинения вреда (0 < с < 2); fs — степень вины потерпевшего.

  Базисный уровень размера компенсации d определен А. М. Эрделевским для каждого вида морального вреда [4, с. 63-66].

Формула Эрделевского

  В формулу А. М. Эрделевского заложены коэффициенты i и с, конкретную величину которых установить невозможно без проведения соответствующих исследований. Поскольку величины коэффициентов зависят от степени личностной значимости для потерпевшего ситуации причинения морального вреда, особенностей его личности и переживаний по поводу причинения ему страданий, представляется, что такими исследованиями являются психологические. Коэффициент i (индивидуальные особенности) исследуется по описанному выше механизму определения психотравмы. Коэффициент с (обстоятельства, заслуживающие внимания) рассматривается как ряд событий, возникших в связи с причинением вреда и затронувших сферы психофизиологического, социального и психологического благополучия. Эксперты Ростова-на-Дону, Волгограда (С. С. Шипшин, А. Н. Калашников, В. П. Кисляков и другие) анализировали факты негативных изменений здоровья, личности, статуса в обществе (в кругу общения, в семье, на работе и в обществе в целом). Психологи-эксперты проводят качественный анализ коэффициентов i и с. Но до сих пор не создано критериев количественной оценки (от 0 до 2) этих коэффициентов.

  В связи с вышесказанным авторы предлагают алгоритм экспертного исследования, акцентируя внимание не на объективной значимости тех или иных событий для большинства людей, а на степени нарушения различных сторон психической деятельности и личности потерпевшего в результате психотравмирующего воздействия.

Алгоритм судебно-психологической экспертизы по установлению факта причинения морального вреда

Этап качественной оценки.

  1. Анализируются материалы дела, документы, содержащие данные о личности подэкспертного.

  2. Исследуются обстоятельства самого события причинения морального вреда, динамика процесса судебного разбирательства.

  3. В процессе беседы с использованием методики Холмса и Раге анализируется ситуация, предшествующая причинению морального вреда.

  4. Ретроспективно диагностируются изменения эмоционального состояния потерпевшего во время, до и после причинения морального вреда для обнаружения временной связи между указанными изменениями и неблагоприятным воздействием причинителя.

  5. Исследуется система жизненных ценностей потерпевшего, доминирующие потребности, личностные смыслы на предмет значимости для потерпевшего ситуации и действий причинителя вреда (затронута ли система его ценностей).

  6. Оцениваются индивидуально-психологические особенности, которые могут усугубить переживание травмирующих событий.

  7. Оцениваются другие неблагоприятные изменения в психике потерпевшего, вплоть до изменений личности (переживание жизненного кризиса), его социального статуса, здоровья, межличностных отношений в семье, в значимой формальной и неформальной группе.

  8. Полученные данные синтезируются и соотносятся с 4-мя категориями неблагоприятных психических изменений при отсутствии психопатологических проявлений (эмоциональный стресс, фрустрация, внутриличностный конфликт, жизненный кризис).

Этап количественной оценки.
Оценка глубины и интенсивности страданий

  1. Оценка глубины и интенсивности страданий с учетом индивидуально- психологических особенностей потерпевшего по шкале от 0 до 2 (с использованием формулы А. М. Эрделевского). Коэффициент i (индивидуальные особенности) имеет следующие значения: i = 0 при отсутствии психотравмы у потерпевшего в результате действий (бездействий) причинителя вреда; i = 0,1, если права личности нарушены; i = 0,5 при условии незначительных кратковременных переживаний потерпевшего; i = 1 при наличии у пострадавшего психотравмы, носящей временный характер; i = 1,5, если травма стала причиной жизненного кризиса пострадавшего; i = 2, если травма стала причиной стойких изменений личности пострадавшего или психического заболевания.

Исследование обстоятельств

  2. Исследование обстоятельств, заслуживающих внимания при определении размера компенсации (коэффициент с по формуле Эрделевского). Коэффициент с рассматривается как ряд событий, возникших в связи с причинением вреда и затронувших сферы психофизиологического, социального и психологического благополучия: с = 0, если ни одна из сфер жизнедеятельности потерпевшего не затронута полученной травмой; с = 0,5, если при полном былом благополучии травма стала причиной возникновения проблем в одной или в нескольких незначимых областях жизнедеятельности пострадавшего; с = 1, если по причине переживания морального вреда потерпевший не мог в полной мере осуществлять деятельность в нескольких сферах своей жизни; с = 1,5 при невозможности потерпевшего жить полной жизнью длительное время (больше полугода), если затронуты значимые области жизнедеятельности; с = 2, если пострадавший всю последующую жизнь будет лишен возможности пользоваться всеми благами, которыми обладал до травмы.

Зависимость коэффициентов

  3. Если коэффициенты fv (вина причинителя вреда) и f (вина потерпевшего в причинении ему вреда) из юридической плоскости перевести в область психологии, т.е. fv — степень влияния причинителя вреда на ситуацию и fs — степень влияния потерпевшего на ситуацию, то расчеты по указанной формуле могут быть произведены после проведения комплекса психологических исследований. При выборе fv и f важно определить, мог ли субъект правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его, в состоянии ли был принять меры по устранению условий возникновения ситуации.

Варианты интерпретации

  В случае, если fv = 0 — причинитель вреда не мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его; fv = 0,25 — возникновение и развитие ситуации для причинителя вреда воспринимается маловероятным, почти невозможным, но констатируется его способность правильной оценки ситуации, принятия правильного решения и реализации его; fv = 0,5 — причинитель вреда не мог предполагать о произошедшем развитии событий, не был информирован соответствующим образом, но мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его; fv = 0,75 — причинитель вреда мог предполагать вероятность возникновения и развития ситуации, мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его; fv =1 — причинитель вреда был информирован из достоверных (воспринимаемых как достоверные) источников или уверен в большой вероятности возникновения определенных последствий своих действий, был готов к подобному развитию ситуации, мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его.

Дополнительная шкала

  Аналогичную шкалу можно применить и к коэффициенту fs (вина потерпевшего в причинении ему морального вреда):

fs = 1 — потерпевший был информирован из достоверных (воспринимаемых как достоверные) источников или уверен в большой вероятности возникновения определенных последствий своих действий, был готов к подобному развитию ситуации, мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его;

f = 0,75 — возникновение и развитие ситуации для потерпевшего воспринимается маловероятным, почти невозможным, но констатируется его способность правильной оценки ситуации, принятия правильного решения по обеспечению своей безопасности и реализации его;

fs = 0,5 — потерпевший не мог предполагать о произошедшем развитии событий, не был информирован соответствующим образом, но мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение и реализовать его;

fs = 0,25 — потерпевший мог предполагать вероятность возникновения и развития ситуации, мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение для избежания причинения вреда и реализовать его;

fs = 0 — потерпевший не мог правильно оценить ситуацию, принять правильное решение по предотвращению причинения ему ущерба и реализовать его.

Предложения по формализации

  Авторы дополнительно предлагают включить в диагностический инструментарий методы, позволяющие формализовать результаты анализа системы ценностей и смыслов потерпевшего (методика «Смысложизненные ориентации», «Предельные смыслы» Д. Леонтьева, методика «Ценностные ориентации» Рокича и др.); методы изучения мотивационной сферы потерпевшего (опросник «Структура мотивации» Мильмана и другие методики исследования мотиваций достижения, аффилиации и т.д.); проективные методы. Помимо широко используемых методик, исследующих психологический профиль личности, авторы считают необходимым оценивать адаптивность (методика социально-психологической адаптации Р. Даймонда и К. Роджерса), влияние степени травмируемости критической ситуации на потерпевшего (Миссисипская шкала для оценки посттравматических реакций, шкала оценки влияния травматического события (ШОВТ) и д.р.). Выбор методик определяется необходимым минимумом получаемых с их помощью данных для проведения судебно-психологической экспертизы. Методики должны быть максимально информативными при минимуме затраченного времени, дополняющими друг друга для повышения достоверности и надежности получаемых данных.

Статистические сведения

  Предложенный авторами алгоритм проведения СПЭ апробировался на 12 лицах, подававших в суд иск о компенсации морального вреда (моральный вред). Ситуация обследования была максимально приближена к условиям проведения экспертизы. Испытуемым сообщалась цель исследования — обнаружение данных, свидетельствующих о факте переживания ими нравственных страданий. Время обследования каждого — примерно 4 ч. Работа проводилась с каждым индивидуально.

  Выборка: 6 человек, потерпевших моральный вред, что подтверждается судебным решением, и 6 человек, обращавшихся в суд с иском о компенсации морального вреда, но суд эти иски отклонил из-за отсутствия данных о переживаемых страданиях. Первая выборка подбиралась с учетом объективной значимости психотравмирующего воздействия, то есть в судебном решении отсутствовали какие- либо сомнения в переживании истцом причинения вреда, что выразилось в присуждаемом ему размере компенсации морального вреда свыше 5000 руб. Вторая выборка состояла из истцов, в судебном решении дел которых была формулировка: «нарушение личных неимущественных прав не установлено». Данные об испытуемых были взяты из реальных дел архива Калужского районного суда, законченных в 2000-2001 гг.

Методы психологического обследования для диагностики морального вреда:

1. Тест Айзенка для определения свойств нервной системы.

2. Шкала реактивной и личностной тревожности Спилбергера-Ханина, шкала самооценки Дембо-Рубинштейн, опросник Леонгарда-Шмишека, фрустрацион- ный тест Розенцвейга, методика социально-психологической адаптации Р. Даймонда и К. Роджерса, УСК, рисуночный тест «Несуществующее животное» для исследования личностных особенностей.

3. СУПОС-8, Люшер-тест, метод опосредованной ретроспективной диагностики психического состояния для определения эмоционального состояния.

4. «Предельные смыслы» Д. Леонтьева, методика «Ценностные ориентации» Рокича для изучения личностных смыслов.

  Эмпирическое исследование испытуемых обнаружило у обеих групп негативные изменения психического состояния (моральный вред). Данные, представленные в таблице 2, свидетельствуют о том, что у всех испытуемых, для которых последствия вреда были личностно значимыми, обнаружились признаки переживаний существенной глубины и интенсивности.

Результаты апробации 

Таблица 2. Обобщенная таблица результатов апробации алгоритма проведения судебно-психологической экспертизы

     Таким образом, из 12 испытуемых, обращавшихся в суд о компенсации морального вреда, иски 6 испытуемых были оставлены без удовлетворения, так как истцы не имели подтвержденных научным путем доказательств переживания страданий. Трое из них, по материалам исследования, действительно испытывали нравственные страдания, что проявилось в переживании внутреннего конфликта и жизненного кризиса (в таблице 2 эти случаи выделены). Эмпирическое исследование обнаружило у испытуемых группы эмоциональные состояния, возникшие в связи с причинением вреда: стресс, конфликт, кризис. У одного испытуемого проявились признаки хронического травматического стресса.

Актуальность развития теории

  Результаты теоретического и экспериментального анализа показали актуальность развития теории судебно-психологической экспертизы по делам о моральном вреде и внедрения ее в жизнь, востребованность таких экспертиз в судебно- следственной практике. Настоящее исследование является одной из первых попыток синтезировать современные взгляды на психологические компоненты морального вреда. Использование предложенного авторами понятийного аппарата, апробированного алгоритма получения фактических данных, значимых для СПЭ по делам о моральном вреде, дает возможность психологам систематизировать экспертный опыт.

Решение проблемы определения размера компенсации морального вреда

    Критерии психологической оценки индивидуальных особенностей потерпевшего и обстоятельств, заслуживающих внимания, способности правильно понимать ситуацию причинения морального вреда и принимать правильное решение, выраженные в количественных показателях, являются одним из решений проблемы определения размера компенсации морального вреда научными методами. Дальнейшее развитие положений и методологических основ направлено на математизацию диагностического процесса, конструирование системы исследовательских процедур, позволяющих обосновывать размер компенсации морального вреда, выраженный в денежных единицах. Экспертологическое исследование психологических компонентов морального вреда обогатит не только развивающуюся теорию судебно-психологической экспертизы, но и внесет свои коррективы в юриспруденцию. Главная задача правового аспекта — обсуждение на Пленуме Верховного суда РФ вопроса о необходимости привлечения специальных знаний при решении вопросов о факте и размере компенсации морального вреда.

авторы публикации:

Чуманов А. В. , Аубакиров А. Ф.,

Цветкова А. Н., Волгина Р. В., Семенов Д. И.,

Калужская лаборатория судебной экспертизы (г. Калуга);

Высшая школа права «Эдилет» (г. Алма-Ата)


Литература
1. Шипшин С. С. Производство судебно-психологической экспертизы // Бюллетень Министерства юстиции Российской Федерации. — 2001. — № 4. — С. 115-119.
2. Енгалычев В. Ф., Шипшин С. С. Судебно-психологическая экспертиза: Методическое руководство. — Калуга: КГПУ им. К. Э. Циолковского, 1996. — С. 130-131.
3. Нагаев В. В. Основы судебно-психологической экспертизы: Учебное пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2000. — С. 239-253.
4. Эрделевский А. М. Моральный вред и компенсация за страдания. — М.: Издательство БЕК, 1998.
5. Эрделевский А. М. Компенсация морального вреда: анализ законодательства и судебной практики. — М.: Издательство БЕК, 2000.
6. Нарижний С. В. Компенсация морального вреда в уголовном судопроизводстве России — М.- СПб.: Издательский дом «Герда», 2001.
7. Голубев К. И., Нарижний С. В. Компенсация морального вреда как способ защиты неимущественных благ личности — СПб.: Юридический центр Пресс, 2000.
8. Цветкова А. Н. Практика судебных решений по делам о моральном вреде и психологическая экспертиза // Бюллетень управления судебного департамента Калужской области. — 2001. — Вып. №1-2. — С. 122-126.
9. Василюк Ф. Е. Психология переживания. — М., 1984. — С. 31- 49.