Судебные споры: место жительства ребенка с отцом.

By | 10.04.2022
несовершеннолетнего

При разводе всегда возникает вопрос проживания детей: как теперь воспитывать, содержать, но прежде всего — с кем останется ребенок при раздельном проживании родителей. Предлагаю посмотреть на судебную практику по этому вопросу и прежде всего затронуть те дела, в которых суды определяют место жительства ребенка с отцом.

Разлучение ребенка с матерью только в исключительных случаях?

Каждый ребенок вправе проживать совместно с родителями, жить и воспитываться в семье (ч. 2 ст. 54 СК РФ). Однако при разводе это уже невозможно, потому при раздельном проживании родителей место жительства ребенка устанавливается соглашением родителей (ч. 3 ст. 65 СК РФ). В противном случае спор передается на разрешение суда (абз. 2 ч. 3 ст. 65 СК РФ).

Правда, чаще всего суд встает на сторону матери, что и отмечал, например, еще в 2011 году Верховный Суд (см. Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.07.2011). Связано это, среди прочего, и с положениями международного законодательства: согласно принципу 6 Декларации прав ребенка, принятой Резолюцией 1386 (XIV) Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г., малолетний ребенок не должен, кроме случаев, когда имеются исключительные обстоятельства, быть разлучаем со своей матерью.

И при отсутствии этих исключительных обстоятельств, даже если отец ребенка — замечательный человек и родитель, суд не может просто так определить место жительства ребенка с ним (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19.12.2017 N 18-КГ17-181).
Какие же исключительные случаи могут побудить суд определить место жительства ребенка с отцом? Посмотрим судебную практику, при этом отбросим экстремальные случаи, а рассмотрим «обычные» семьи.

Новая семья как аргумент в споре

С. обратился в суд к Н. об определении места жительства несовершеннолетнего ребенка. В обоснование требований указал, что ребенок проживает с матерью, сестрой и отчимом. Отчим стал угрожать ребенку побоями, оскорбляет и унижает его, игнорирует его нужды и запросы. Мать ребенка не только не препятствует и противодействует физическому и психическому насилию над ребенком, но и поощряет такой вид воспитания, скрывает от окружающих указанные обстоятельства. Ребенок жалуется отцу о случаях избиения, просит забрать к себе, постоянно плачет. В связи с чем С. считает, что ребенок проживает в условиях психического и физического насилия, а это недопустимо.
Н. возражала против этого, указывала, что ребенок привязан к ней и младшей сестре, в ее семье созданы все условия для полноценного проживания и воспитания ребенка.

С целью установления истинных отношений родителей и отчима к ребенку и ребенка к родителям и отчиму по делу была назначена и проведена судебная психолого-педагогическая экспертиза.

По заключению экспертизы к отцу ребенок привязан, но и обижен за отсутствие защиты, нуждается в общении с отцом, эмоционально привязан к нему; отец оказывает внимание, которого не хватает в семье матери. Отношение отца к ребенку и стиль воспитания характеризуется безусловным принятием, привязанностью, минимальностью санкций, партнерскими уравненными отношениями, ориентированностью на диалог и развитием активности ребенка. В то же время отношение к ребенку мамы Н. определяется неустойчивым стилем воспитания, характеризующимся то чрезмерностью, то недостаточностью требований.

Ребенок также привязан к матери и сестре, но отношение к матери двойственное, кроме того испытывает откровенный страх перед отчимом из-за страха наказания; уровень страха превышает возрастную норму; в присутствии отчима ребенок напряжен, стремится соответствовать его ожиданиям. Есть косвенные признаки давления на ребенка, предпочтение женских качеств (противопоставление сестре); высокая вероятность, что ребенок подвергался физическому и/или психическому насилию. Отчим эмоционально не принимает ребенка, считает его причиной конфликтов в семье, излишне строг, вмешивается в мир ребенка, подавляет его волю.

При сложившихся отношениях с отчимом и в условиях лишения общения с родным отцом, по мнению эксперта, ребенок лишен возможности формирования адекватных представлений о гендерной идентичности, полоролевых отношениях, стереотипах мужского поведения.
Орган опеки и попечительства поддержал в своем заключении требования истца.
На основании вышеизложенного суд первой инстанции сделал вывод, что в семье матери возникли неблагоприятные условия для воспитания и развития ребенка. В то же время отец ребенка новую семью не завел, а в индивидуальном жилом доме, где проживает истец вместе со своими родителями, созданы все необходимые условия для нормального проживания, общения и развития несовершеннолетнего ребенка.

При этом апелляционная коллегия согласилась с этим, отвергла доводы матери о якобы плохом материальном положении истца, который не работает: в суде первой инстанции уровень материальной обеспеченности истца ответчик не оспаривала, а на момент рассмотрения жалобы С. трудоустроился и его материальное положение позволяет содержать ребенка (Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 09.08.2018 по делу N 33-7646/2018).

Второй пример, но с противоположным для отца ребенка исходом.

П., отец ребенка, обратился с иском к Н. об определении места жительства общего ребенка с ним, указал, что Н. (мать), с которой ребенок проживает, не в состоянии полноценно обеспечивать его потребности, установить благоприятный морально-психологический климат в семье, проживание с матерью негативно влияет на его психоэмоциональное развитие, что подтверждается диагнозом, установленным психоневрологическим диспансером для детей, куда ребенок был госпитализирован. Материальное положение Н. плохое: учетная норма площади жилого помещения, в котором помимо ребенка проживает еще 5 человек, не соблюдается, на каждого человека приходится 9,17 кв. м, вместо необходимых 12 кв. м. Тогда как материальное положение истца, уровень доходов, график работы позволяют обеспечивать содержание ребенка, имеются все необходимые условия его воспитания и развития. Н. обратилась со встречным иском, просила оставить ребенка у нее.

При рассмотрении дела утверждения отца о наличии диагноза и «стесненном проживании» нашли подтверждение: из акта обследования жилищно-бытовых условий проживания Н. следует, что в трехкомнатной квартире площадью 55 кв. м проживают 6 человек; ответчик вместе со своим супругом и сыном занимает отдельную комнату площадью 14 кв. м.

Для определения состояния ребенка и его отношений с родителями была назначена судебная психологическая экспертиза, по результатам которой выявлено, что ребенок демонстрирует положительное отношение как к отцу, так и к матери, но ребенок переживает «конфликт лояльности» (необходимости занять в конфликте между родителями позицию одной из сторон); результатом чего является невротизация ребенка, в частности протестное поведение. У отца ребенка отсутствуют какие-либо особые подходы к воспитанию, которые дают преимущество перед матерью, для отца характерна не самая конструктивная тенденция объяснять текущие проблемы в поведении ребенка негативным влиянием матери, а не имеющимися у ребенка психоневрологическими нарушениями; установка отца на «ускорение» развития ребенка без учета его объективных возможностей не в полной мере соответствует интересам ребенка. В то же время со стороны матери ребенок отчетливо выделяет больший объем положительных эмоций, «приходящих» к нему.

На основании заключения экспертизы, а также заключений органов опеки и попечительства суд пришел к выводу об отказе в иске отца, т.к. доказательств того, что проживание ребенка с матерью негативно влияет на его психоэмоциональное развитие, не представлено.

Сам по себе выставленный диагноз не свидетельствует о том, что он стал возможным вследствие негативного отношения матери к ребенку. Напротив, как установлено заключением судебной экспертизы, ребенок демонстрирует положительное эмоциональное отношение как к отцу, так и к матери, при этом интересам ребенка в большей степени соответствует проживание с матерью.
Отклонил суд и ссылку на несоответствие учетной нормы площади жилого помещения, в котором проживает несовершеннолетний. Как разъяснено в пунктах 5 и 6 Постановления Пленума ВС РФ от 27 мая 1998 года N 10, само по себе преимущество в материально-бытовом положении одного из родителей не является безусловным основанием для удовлетворения требований этого родителя. К тому же в ходе проведенного обследования жилищно-бытовых условий сотрудником отдела по охране детства администрации установлено: для несовершеннолетнего оборудовано отдельное спальное место, имеется шкаф для одежды, стол для занятий, комод, детская кроватка, игрушки, книги (Апелляционное определение Алтайского краевого суда от 12.02.2019 N 33-1514/2019).

Итак, что же мы видим в этих примерах? И в первом, и во втором случае:

  • у матери новая семья, а у ребенка — отчим;
  • у детей наблюдаются определенные психоэмоциональные проблемы, трудности, в т.ч. аномальные для их возраста;
  • материальное положение одной из сторон не совсем «хорошее»: в первом случае на момент рассмотрения дела судом первой инстанции у отца ребенка были трудности с работой, во втором — у матери стесненные условия проживания.

Какое же из этих обстоятельств сыграло решающую роль в решении суда?

Окрас имеет значение

Если мы еще раз внимательно посмотрим на примеры, то заметим, что ни один из вышеприведенных факторов сам по себе не имел ключевого значения. Напротив, аргументы «о материальном» суды отвергали, как и не «впечатляло» судей наличие психоэмоциональных проблем у ребенка или наличие отчима. Что же тогда? Не случайно мы уделили несколько избыточно внимание в статье заключению экспертизы — в обоих примерах наблюдается следующая картина:
а) у «проигравших» родителей отсутствует последовательность в подходе к воспитанию ребенка, отмечается некая «аморфность», изменчивость в этом направлении, они не готовы к поддержке ребенка, его защите, учету его интересов для полноценного развития и воспитания.
б) в жизни ребенка и его воспитании присутствует третье лицо — отчим.
Хотя во втором примере это явно и не прослеживается, но логично предположить из совместного проживания матери, ребенка и отчима в одной комнате. Однако степень их воздействия на ребенка разная: во втором примере экспертиза не выявляет негатива со стороны отчима, более того, наличие «положительной волны эмоций» со стороны матери, скорее всего, свидетельствует о гармоничных отношениях в новой семье, в т.ч. с отчимом.

В первом же примере отчим демонстрирует агрессивное отношение к ребенку.
Все это в конечном итоге формирует психологический климат в семье, который и определяет условия для развития и воспитания ребенка. Окрас такого климата и принимается во внимание судом при прочих равных условиях (уровень материального обеспечения, отсутствие патологических склонностей и привычек и т.п.). Именно это и стало тем исключительным обстоятельством, которое позволило в первом примере определить место жительства с отцом, а во втором, напротив, отказать отцу.

В первом деле психологические проблемы ребенка следовали из воспитательного подхода в новой семье. В то же время во втором примере наличие невротических проблем объяснялось распадом отношений между отцом и матерью и неверными личными отношениями между родителями; воспитательный подход в семье матери при этом характеризовался положительно.

Таким образом, можно сказать, что суд смотрит на «комфорт», на психологическое самочувствие ребенка и условия для формирования личности.

Например, суд оставил детей с отцом, поскольку они проживают с ним с момента развода, живут в комфортных условиях, привязаны к отцу и бабушке, у них сложился привычный круг общения (Апелляционное определение Суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09.04.2018 по делу N 33-689/2017).
По сути даже при наличии явных негативных проблем, вредных привычек, материальных трудностей суд оценивает именно уровень «комфорта» ребенка, условия для его полноценного развития.

Так, суд определил место жительство ребенка с отцом, поскольку мать на протяжении нескольких лет страдает тяжелым психическим расстройством и по заключению экспертизы проживание с отцом будет более безопасным (Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 22.09.2016 по делу N 33-11039/2016).

Мнение ребенка — святое?

Выводы об уровне «комфорта» основываются как на заключениях экспертизы, органов опеки и попечительства и т.п., так и на мнении самих детей.
Например, оставляя детей у матери, суд учел, что дети желают проживать с матерью, между отцом и сыновьями отсутствует взаимопонимание, в то же время с матерью сложились доверительные отношения; в семье матери созданы все условия для проживания и развития детей (Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 21.08.2018 по делу N 33-8363/2018).

В другом споре девочка пожелала остаться жить с отцом, т.к. ей комфортнее с ним. По заключению экспертизы, между отцом и дочкой общение носит конструктивный партнерский характер, решения принимают сообща, отец поддерживает инициативу дочери. В то же время маму хотя девочка и любит, но боится ее гнева, истерик и нервных всплесков. С учетом мнения ребенка, заключения экспертизы, мнения органов опеки и попечительства, суд определил место жительства дочки с отцом (Апелляционное определение Воронежского областного суда от 09.04.2019 по делу N 33-1690/2019).

В то же время мнение ребенка само по себе не является единственно определяющим, суду надо смотреть на обстоятельства в совокупности, а также на наличие или отсутствие «особого» мотива у ребенка высказать определенное мнение. Классический пример был приведен в Обзоре судебной практики ВС РФ (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.07.2011): девочка выразила желание проживать с матерью, но мотивом такого желания послужило то, что с матерью девочка делала, что пожелает, была по сути безнадзорна, и это вылилось в асоциальное поведение (кражу телефонов).

А что в итоге?

Конечно, мы рассмотрели далеко не все ситуации и нюансы подобного рода споров, и приводить примеры с разными особенностями можно еще много. Однако даже из вышеописанного следует один важный вывод: во всех случаях суд оценивает уровень психоэмоционального комфорта ребенка и то, как это влияет на развитие и воспитание ребенка. Сами по себе материальные «трудности», наличие психоэмоциональных проблем у ребенка и иные обстоятельства не играют решающего значения, только в совокупности. Место жительства ребенка определяют с отцом тогда, когда условия проживания ребенка у матери и его «связь» с ней носят негативный окрас, приводят к развитию и усугублению психологических проблем, развитию невротических расстройств, опасны для развития ребенка. При этом оцениваются все доказательства во взаимосвязи.

автор: Слесарев С.

источник: Административное право. 2020. N 2. С. 49 — 55.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.